Жил в индейской деревне Алга Комсомол, что в долине Миклантекутли, молодой индеец. Был он сыном вождя. В то время вождь, Заржавленный Икарус, и его скво, Негашеная Известь, холили и лелеяли свое чадо, стараясь привить ему самое обычное и доброе. Когда ему исполнилось 17 вёсен, отдали его родители в пастухи. Ведь каждый индейский мальчик должен пройти эту школу мужества.
Верой и правдой он пас стада коней, но когда до дембеля оставалось 5 дней, у задумавшегося юноши из-под носа увели все стадо коварные сумчатые собаки Це-Це. С тех пор ему дали имя Задумчивый Конь.
Долго ли, коротко ли, собрал вождь Заржавленный Икарус всех молодых воинов перед большим вигвамом, закурил трубку и произнес:
- Воины! Настало и наше время. Нещадно солнце давно уже стоит в зените и никуда не уходит. Это полярное лето. Я хау! Его лучи палят зноем наши головы и листья голубой агавы высыхают, как выброшенные на берег медузы. Я хау! Наше растениеводческое ранчо "Рваный мокасин" опять не справляется с уборкой урожая! Нужно помочь. Я хау!
- Не хотим, не хотим агаву собирать, хотим опять в прерии, коней пасти! - закричал Хитрый Кальмар.
- Молчи, кроткий ум. Ты сам долгими зимними вечерами не дурак текилы попить, а собирать кто будет, бабушка Поседевший Еж? Воины! Все на уборку урожая агавы! Наварим текилы - в жизнь. Я хау!
Пока вождь Заржавленный Икарус призывал народ на уборку урожая агавы, от толпы незаметно отделился один из воинов. Кто же это? По таинственной загадочной непонятности в глазах можно безошибочно определить - это Задумчивый Конь.
- Агава, агава, нужна мне ваша агава. Сейчас опять все вырвутся в поля, дорвутся до халявного, нарежутся текилы, начнут песни орать да меня по полю гонять. У, сволочи они, и сейчас уже ржут, как кони. Нет, я в эти игры не игрун. Пойду-ка я лучше счастье искать.
И под покровом ночи покинул родное стойбище. Лишь наутро обнаружило племя пропажу. Вместе с Задумчивым Конем пропало:
- топор войны - 2 шт.,
- трубка мира - 2 шт.,
- раскраска боевая - 5 шт.,
- рация полевая - 1 шт.,
- скальпы воровские - 12 кв.м.,
- косячки дурмяные - тоже очень много.
- На кого ж ты нас покинул, стариков своих, конек ты наш горбунёк, - голосила Негашеная Известь, мать Задумчивого Коня.
И даже суровый Заржавленный Икарус, тайком утирая скупую мужскую слезу, шептал:
- Ну, Конь Педальный, вернешься - на иглу посажу!
А по знойной, пыльной прерии в поисках счастья шагал беглый Задумчивый Конь и тихонько напевал:
- Я приду домой на закате дня,
Обниму жену, напою коня…
Шел он три дня и три ночи, а на четвертый день увидел, что какая-то тень кружит над ним. Поднял голову, и увидел ширококрылого орла.
- Что тебе нужно в этих краях, Крейсер Аврора? - услышал Конь с высоты.
- Да вот, иду счастья искать, - ответил молодой индеец.
- Видишь в горах мое гнездо, держись компаса, дойдешь до горизонта, поверни направо, там и найдешь счастье, - прострекотал орел.
- Спасибо тебе, добрая птица.
- Я не птица, я черепаха, - произнес выживший из ума орел, возомнивший себя царицей песков.
Сделал молодой индеец все, как велела черепаха, дошел до горизонта, повернул направо. И увидел он в этом укромном уголке арбузное поле с пасшимися там черепахами.
Плюнул Задумчивый Конь и произнес:
- Опять обманул, трансвестит проклятый!
Нет, не его это счастье - и побрел он дальше, палимый солнцем, гонимый счастьем. Сумерки сгустились на прерии.
"Пора бы и отдохнуть" - подумал молодой воин. Прилег он, заснул, и привиделся ему родной вигвам, мать его, Негашеная Известь. Будто укачивает в люльке совсем маленького Задумчивого Жеребёнка и напевает старинную индейскую песню:
-Купыла мама коныка,
А конык без ногы,
Яки цудовый выродок,
Гы-гы, гы-гы, гы-гы!
С первыми лучами солнца индеец Задумчивый Конь двинулся дальше. Пролегал его путь по зарослям кактуса и по высохшим устьям рек, по зыбучим пескам и по руинам городов. Долго ли, коротко ли, - вышел он к морю. И что увидел он там, не поддавалось воображению.
Спиной к нему, блестя чешуей, сидела зеленовласая русалка - бесстыжая морская пассия.
- Садись рядом, в ногах задумчивости нет, - не поворачиваясь к нему произнесла ундина, - Что тебе нужно у берега морского?
- Да вот, счастье ищу, - закуривая трубку и присаживаясь рядом, произнес молодой индеец.
- Нет счастья ни на земле, ни в небе. А счастье можно найти только в пучине морской. Садись мне на спину, я тебя довезу.
- Да щас, только разуюсь. Знаю я вас, утащите на дно и заставите на гуслях играть, - отвечал Задумчивый Конь, - Я вот пока покурю, а ты давай в воду, счастье тащи. Ежели это то, что я ищу, останусь у вас жить.
Уплыла русалка в пучину морскую.
День курил молодой воин, другой курил молодой воин. Уже громко кашлял и хрипел голосом от смол и никотина Задумчивый Конь, а ундина, как в море канула. Собрался уж было уходить он, как вдруг вынырнула около берега морская красавица.
- Вот то, что ты ищешь, - и протянула ему консервированную морскую капусту пряного посола.
- Нет, это не мое счастье, так что извини, рыба, пойду я дальше.
Разозлил он русалку, и ударил девятый вал с моря, завыл ветер в проводах, застонали чайки:
-Повсюду стали слышны речи:
"Пора б добраться до картечи".
И вот на поле грозной сечи
Легла ночная мгла.
И снова сушь, и снова поле,
Есть разгуляться где на воле.
Индеец мудр, он знает путь,
Нельзя ему нигде свернуть.
Шепча лишь тихо: "мать раз так",
Таджику завсегда ништяк.
С такими шутками и прибаутками добрался индеец Задумчивый Конь до трех дорог, а у трех дорог камень стоит - выше радуги разноцветныя, шире качка крутобедрого. А на камне надпись написана: "Жил-был один…".
Почесал затылок Задумчивый Конь и задумался:
- На прямо пойду - CANNIBAL CORPSE обрету. На криво пойду - ЭХ-RAYS разлучу.
Делать нечего, пошел он на крямо, и увидел поле после сечи бурной. Над полем воронье кружит и черны коршуны, со столов объедки подбирают. Всюду бутылки недопитые, и те, что рядом с ними лежат, либо мертвы, либо пьяные спят. Попоище было ужасным.
Смешались в кучу кони, люди,
И залпы тысячи орудий
Слились в протяжный вой.
Только зловещая черная тень в смрадном перегаре бродила по полю.
- How are you shadow?
- А, у, ю - я старуха Изергиль. А ты, стало быть, Задумчивый Конь, ищущий счастье?
- Да, бабушка, а закурить у Вас не найдется?
Сели они, закурили, и…
…Взлетел Задумчивый Конь к самому солнцу. И чувствует он, что воск горячей рекой течет по спине, отвалились его крылья, и начал он со свистом в ушах приближаться к земле…
…И вдруг проснулся индеец Задумчивый Конь и вздохнул: "приснится же такое".
Идет он полями широкима, лезет горами высокима. Ну, по пути в каракол заходил, концерты показывал, всё с огромным успехом, конечно. Так и дошел он до речки Рио-Гранде. Воспользовавшись заранее припрятанными водными лыжами он перебрался на другой берег и вошёл в дремучий девственный лес. В сыром воздухе витал аромат грибов и жареной картошки с луком. Лес его принял, как собственного сына - пирогами, калачами. Заглядывал он под каждый листочек, под каждый кусточек - счастье мое, где ты? Да только глупое эхо отвечало: "так ведь нет никого дома…".
Опечалился Задумчивый Конь, снял лыжи и вдруг - эка невидаль - какая-то загадочная таинственная непонятность пробивалась, словно солнечный луч с середины леса.
Ломанулся сквозь бурелом молодой воин навстречу счастью. Выбежал на поляну и застыл в изумлении. Перед ним лежало, греясь в теплых лучах, его индейское счастье. Это было толстое, потное, жирное, волосатое счастье.
"Вот она, моя мечта! Индейское счастье - волосатое счастье! Теперь мне дадут другое имя - Счастливый Конь. Ну что ж, счастье я нашел, но агаву, наверное, еще не собрали, пойду я чудо искать.
И отправился он в дальний путь again and again.
Летят гагары - привет Счастливому Коню!
Ползут черепахи - привет Счастливому Коню!
Идут пионеры - салют Счастливому Коню!

Вот и сказочки the end.

А кто слушал, тот наш FRIEND.